Сегодня: Воскресенье, 24 марта 2019г.     
 
Новости
Аналитика
Новости
Газетные публикации
 
"СИАА"
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ
ЖУРНАЛ
[] []

Современные позиции и действия сторон в территориальном споре о Курильских островах


Текст выступления на первой международной научно-практической конференции «Неправительственный диалог о территориальных спорах в АТР». Владивосток, Морской государственный университет им. Г. И. Невельского, 25-27 ноября 2002 г.

Характеризуя современные позиции Японии и России в территориальном споре о Курильских островах, следует учитывать следующее.

Правящая элита Японии не смирилась с поражением во второй мировой войне, оформленным беззаговорочной капитуляцией Японии 2 сентября 1945 года. Эта элита жаждет реванша и готовит к этому свою страну. Из чего это видно?

Есть в Токио храм Ясукуни. Этот синтоистский храм – место поклонения духу Ямато, воинственного племени, заложившего в 3-4 веках н. э. японскую государственность. Официально это место поклонения душам всех погибших за японскую империю. В русско-японской войне, во второй мировой, причем, включая души военных преступников из высшего руководства Японии, казненных по приговору Международного трибунала. Япония – страна символов. Символичными и демонстративными, а потому очень значимыми являются посещения руководителями Японии храма Ясукуни. Его регулярно посещает и нынешний премьер-министр Японии Дзюнитиро Коидзуми.

Такова идеологическая составляющая внешнеполитической позиции Японии. Материальной предпосылкой реваншизма является японское «экономическое чудо», имеющее в корнях а) национальное трудолюбие, б) острую восприимчивость к научно-техническому прогрессу, в) освобождение за счет американского «зонтика» от бремени военных расходов и г) стартовый капитал, полученный в виде заказов на два миллиарда долларов для американской армии во время корейской войны. Этот капитал умножился за счет военных заказов для войны во Вьетнаме.

Идеология соединилась с экономическими предпосылками в военной политике.

Во второй половине 1990-х годов официальный Токио провел заметную корректировку своей «концепции национальной оборонной стратегии», которая, по сути, определяет приоритеты военной политики страны в близкой и среднесрочной перспективе. Необходимость такой корректировки обуславливается тем, что в современных условиях Япония для обеспечения своих интересов якобы уже не может пользоваться только политическими и экономическими мерами, а также возможностями японо-американского договора о безопасности. В 1999 г. кабинет К. Обути выступил с инициативой принятия закона, разрешающего Силам самообороны создать систему быстрого и эффективного отражения любой попытки нарушения территориальной целостности страны, хотя подобная угроза для Японии не существовала и не существует даже гипотетически.

К тому времени военный потенциал Японии уже характеризовался следующим образом.

Во-первых, по насыщенности современными вооружениями и военной техникой, доля которых в общем количестве находящихся на вооружении систем составляет более 50 %, Япония приближается к странам НАТО, а по некоторым параметрам (таким как качество военно-морских вооружений) достигает уровня США.

Во-вторых, с учетом уровня квалификации инженерно-технических и рабочих кадров промышленности японская экономика способна в условиях мобилизационного развертывания быстро перейти на выпуск военной продукции, в том числе, возможно, и оружия массового поражения. Подтверждением этому служит сделанное в апреле 2002 года заявление лидера оппозиционной консервативной партии И. Одзава о способности Японии «произвести за короткий период сотни ядерных зарядов». На фоне российско-американских договоренностей о дальнейшем сокращении ядерных потенциалов подобные высказывания выглядят весьма странными и справедливо вызывают чувство настороженности к соседней стране.

В-третьих, органы управления войсками Японии всех степеней укомплектованы по штату военного времени и имеет достаточно высокую степень автоматизации и компьютеризации.

В-четвертых, по объему военных расходов Япония занимает второе место в мире после США (для справки: размер военного бюджета Российской Федерации меньше японского в 10 раз). В то же время сумма военных расходов Японии составляет менее 1 % от национального ВВП, т. е. имеет значительный потенциал для роста.

Не может не вызывать обеспокоенности и тот факт, что в Японии уже на официальном уровне, в том числе среди политиков и высокопоставленных военных все чаще делаются заявления об устаревании статьи 9 Конституции Японии и необходимости для страны пересмотреть ее «ядерную политику» в сторону приобретения ядерных вооружений и средств доставки. В пользу этого, в частности, высказались генеральный секретарь кабинета министров г-н Ф. Ясуо и заместитель начальника секретариата правительства г-н С. Абэ. Для юридического оформления военных амбиций кабинет министров поручил в 2001 году министерству юстиции Японии проработать необходимые правовые аспекты отказа от девятой статьи и подготовить соответствующие аргументы, которые можно было бы использовать в «разъяснительной работе» с зарубежными странами.

Указанные факторы приобретают настораживающий характер с учетом наличия подготовленного Управлением национальной обороны Японии плана, называющегося «Организация войск многоцелевого назначения и система руководства военными действиями».

Цитирую выдержку из этого документа: «Основы политики (в другом переводе: тактики – С. П.) вооруженного захвата северных территорий заключается в том, чтобы овладеть ими в кратчайшие сроки в результате внезапного рейда, укрепить их оборону и добиться международной конференции по вопросу об окончательном определении принадлежности всех Курильских островов». (Аладьин В. В. Россия и Японии: пропущенные вехи на пути к мирному договору. – М., Бимпа, 2001. – С. 14, 90).

Отсюда видно, что в нарушение международного и внутреннего права (Устава ООН и статьи 9 Конституции Японии) готовится насильственное присоединение Курильских островов (или их части) к Японии.

Естественно, что энергетика накопленного военного потенциала требует выхода вовне.

В 2000 году японские войска появились в Восточном Тиморе. В рамках миротворческой операции в октябре 2001 года принят закон, разрешающий отправку японских частей для поддержки операций в Афганистане. Итак, японские солдаты вновь появились в бассейне Индийского океана.

Пока среди внешнеполитических средств используются хотя и наступательные, но в основном невоенные средства.

Япония финансирует так называемые «безвизовые обмены» с Курилами. Это затраты на перевозку тысяч и тысяч человек, их идеологическую обработку, организацию курсов японского языка, производство литературы, аудио и видеокассет с мультипликационными фильмами о японской версии истории и принадлежности Курил. Идет картографическая экспансия. Особняком стоит финансирование, а, по сути, подкуп целых поколений российских японистов и японоведов.

В Москве и Киеве многотысячными тиражами издаются на русском языке, а затем распространяются в России книги, журналы, буклеты, где утверждается, в том числе и русскоязычными авторами, что Курилы украдены у Японии, обсуждаются сценарии их передачи. Все это подкрепляется активной и успешной японской дипломатией. У нас в Южно-Сахалинске в июне 2002 года генеральный консул Японии с сотрудниками явился на гражданский форум и вместе с союзниками из Союза правых сил (СПС) пытался повлиять на принятие итоговой резолюции по задачам внешней политики России. Очевидно, что цель состояла в противопоставлении позиции гражданского общества мнению Государственной Думы, выраженному в рекомендациях парламентских слушаний от 18 марта 2002 года.

Год назад тот же генеральный консул официально «подарил» Сахалинской областной Думе журнал с картой на которой часть Сахалинской области изображена, как принадлежащая Японии. Разумеется, такой «подарок» так же официально был возвращен.

Теперь о позиции и действиях России. Не буду характеризовать состояние экономики и уровень жизни. Они общеизвестны. Духовная сфера характеризуется переводом всех ценностей в долларовый эквивалент и отсутствием сплачивающих народ идей. (Исключение последнего времени – борьба с терроризмом).

Конкуренция двух правящих команд (СССР: Горбачев-Шеварнадзе; Россия: Ельцин-Козырев) понимавших «разрядку», «перестройку», «новое мышление» по сути как необходимость выполнения всех требований ведущих мировых держав в обмен на мифический «золотой дождь» иностранных инвестиций, привела в 90-е годы прошедшего столетия к череде дипломатических уступок, которые в территориальной сфере привели к уступкам: а) в пользу США - значительных морских пространств исключительной экономической зоны (1990 г.), б) в пользу Китая – ряда речных островов; в) в пользу Японии – в виде согласия на обсуждение «проблемы территориального размежевания с учетом позиций сторон о принадлежности (?!) островов Хабомаи, острова Шикотан, острова Кунашир и острова Итуруп» (п. 4 Совместного советско-японского заявления от 18 апреля 1991 г.) В последнем вопросе Советский Союз, а затем по инерции и Россия втянулись в обсуждение возможности ревизии итогов второй мировой войны.

Угрожающе-опасными выглядели для сахалинцев и курильчан Токийская декларация 1993 года, Соглашение между Правительством Российской Федерации и правительством Японии о некоторых вопросах сотрудничества в области промысла морских живых ресурсов и Московская декларация 1998 года, Заявление Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии по проблеме мирного договора 2000 года и, наконец, Иркутское заявление Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии о дальнейшем продолжении переговоров по проблеме мирного договора от 25 марта 2001 года. В нем стороны впервые за много лет подтвердили, что «Совместная декларация СССР и Японии 1956 года представляет собой базовый юридический документ, положивший начало процессу переговоров о заключении мирного договора».

Как известно, именно в этой Декларации 1956 года (ст. 9) содержится положение о том, что «идя навстречу пожеланиям Японии» Советский Союз обещал передать (подчеркну – не вернуть, а именно передать – С.П.) Японии Малую Курильскую гряду (т.к. острова Хабомаи и Шикотан) «с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения мирного договора между СССР и Японией».

Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Эта норма Конституции Российской Федерации, изложенная в части 1 статьи 3, заставила и заставляет депутатов Сахалинской областной Думы прислушиваться, во-первых, к своему сердцу и разуму, а, во-вторых, к мнению остальных сахалинцев в вопросах, связанных с национальной безопасностью, целостью и неприкосновенностью территории страны.

С учетом этого, 19 апреля 2001 года Сахалинская областная Дума приняла постановление № 2/6/163-3 которым утвердила текст заявления о результатах рабочей встречи президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии в Иркутске 25 марта 2001 года. Определяющим для заявления были следующие тезисы:

- «Усилиями наших дедов и отцов все Курильские острова возвращены в состав нашего государства, и нынешние руководители страны не вправе ни раздавать, ни обещать передавать кому бы то ни было то, что собрано не ими, принадлежит не им, а всем россиянам, в том числе нашим детям и внукам – всем будущим поколениям.»

- «Именно интересы национальной безопасности должны лежать в основе действий представителей государства в международных отношениях. Если «ценой» предполагаемого мирного договора является уступка части территории России, то Сахалинская областная Дума однозначно заявляет, что это недопустимо высокая «цена», вызывающая сомнение в необходимости такого договора.»

18 мая 2001 года это заявление было одобрено Парламентской Ассоциацией «Дальний Восток и Забайкалье».

29 июня 2001 года, Сахалинская областная Дума, рассмотрев вопрос о систематически появляющихся в российской и иностранной прессе сообщениях о якобы достигнутых в ходе Иркутской встречи на высшем уровне 25 марта 2001 соглашениях о передаче Японии островов Шикотана и Малой Курильской гряды, приняла постановление № 2/11/297-3, о необходимости проведения парламентских слушаний по вопросу: «Советско-японская Декларация 1956 года и проблемы национальной безопасности Российской Федерации».

Такие слушания прошли в г. Южно-Сахалинске 12-13 сентября 2001 года. Их рекомендации одобрены Сахалинской областной Думой 14 сентября 2001 года.

Важнейшим выводом – к которому пришли участники слушаний было то, что содержащееся в части второй статьи 9 Совместной декларации Союза Советских Социалистических Республик и Японии согласие СССР на передачу Японии Малой Курильской гряды (названной в Декларации островами Хабомаи и островом Сикотан) – не отвечало национальным интересам государства в момент заключения Декларации и не отвечает им в настоящее время.

Кроме того, обещание руководителей союзного (федеративного) государства об уступке территории за счет одного из субъектов Союза, без получения предварительного согласия этого субъекта (России) на эту передачу, носило антиконституционный характер, так как противоречило статье 16 Конституции РСФСР 1937 года, предусматривавшей недопустимость изменения границ РСФСР без ее согласия.

Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации было рекомендовано провести парламентские слушания по проблеме японских притязаний на территорию Российской Федерации (п. 3.5. итоговых Рекомендаций).

Ряд депутатов Государственной Думы (включая депутата от Сахалинской области И.А. Ждакаева) обратились в Совет Государственной Думы, который и принял решение о проведении 18 марта 2002 года парламентских слушаний на тему «Южные Курилы: проблемы экономики, политики и безопасности». С вступительным словом на слушаниях выступил Председатель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Геннадий Селезнев. Он в частности сказал: «Жители Курил, а вместе с ними и все граждане Российской Федерации должны быть уверены в том, что Российское государство твердо и последовательно отстаивает территориальную целостность нашей Родины».

Ключевым, однако, стало выступление руководителя головного комитета по организации слушаний – председателя комитета по безопасности Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Александра Гурова (фракция «Единство»). Он четко и недвусмысленно подчеркнул, что «целью слушаний является выработка рекомендаций федеральным и региональным органам государственной власти по укреплению суверенитета Российской Федерации над южными Курильскими островами…

В ходе работы над проектом рекомендаций, удалось выйти на комплексное международно-правовое и морально-историческое обоснование принадлежности южных Курил Российской Федерации, а также системно сформулировать угрозы безопасности и национальным интересам нашего государства, вытекающие из гипотетической утраты южно-курильских островов.

Возможно, наиболее существенным результатом аналитической проработки ключевого документа советско-японских, а ныне российско-японских двухсторонних отношений - совместной Декларации СССР и Японии 1956 года является содержащийся в проекте рекомендаций развернутый вывод о том, что в современных исторических условиях часть 2 статьи 9 Декларации 1956 года, которая фиксирует возможность передачи Японии после заключения мирного договора островов Малой Курильской гряды Хабомаи и Шикотан, - следует признать утратившей силу.

Углубленное изучение данного положения Декларации стало своего рода откликом со стороны Государственной Думы на замечания Президента России Владимира Владимировича Путина, сделанные им в ходе российско-японской встречи на высшем уровне в Иркутске в марте 2001 года о том, что эта статья, цитирую: «Нуждается в дополнительной работе экспертов для выработки единообразного понимания ее положений».

Таким образом, дополнительная экспертиза на сегодняшний день проведена совместными усилиями Комитета по безопасности, Комитета по международным делам и Комиссией по геополитике. В совокупности с упомянутыми мною другими факторами она, по нашему мнению, позволяет ставить перед нынешним руководством государственный вопрос о существенной корректировке сформировавшегося в 90-е годы непоследовательного и противоречивого подхода Москвы к вопросу о принадлежности южных Курильских островов и предложить технологию решения этой задачи.»

24 августа 2002 года, находясь во Владивостоке, Президент Российской Федерации Владимир Путин на встрече с представителями средств массовой информации подчеркнул, что «Курилы являются исконно русской территорией» (Парламентская газета от 27.08.2002 № 161 (1041), Региональное приложение «Парламентская газета» на «Дальнем Востоке», Владивосток, 30.08.2002, № 163 (1043), С. 10).

Незадолго до этого (в начале августа 2002 года) в Сахалинской области впервые побывал председатель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Сергей Миронов. Вот что он заявил на совещании в администрации области: «Позиция России по вопросу территориальной целостности и существующих на Дальнем Востоке границ, в том числе и Сахалинской области, неоспорима. Я полностью поддерживаю эту точку зрения и исхожу из того, что так называемый территориальный вопрос о принадлежности островов Сахалинской области нашел свое законное и справедливое решение по итогам второй мировой войны, закрепленное соответствующими международными соглашениями. Я также поддерживаю идею заключения комплексного договора о добрососедстве, сотрудничестве России и Японии без упоминания пограничного вопроса. Мне известно, что такой точки зрения придерживается Сахалинская областная Дума, правительство вашего региона. Сахалинские законодатели правильно делают, когда выступают с законодательными инициативами по укреплению территориальной целостности Российской Федерации и Совет Федерации поддерживает их инициативу в этом направлении.» («У Дальнего Востока роль особая», Губернские ведомости, г. Южно-Сахалинск, 07.08.2002, № 148 (1549).

По приезду в Москву Сергею Миронову был задан такой вопрос: «в ходе поездки по Дальнему Востоку у вас возникали поводы высказаться и по проблемам, в частности южных Курил, на которые, как известно, претендует Япония. Одна газета попеняла Вам за категоричность подхода к проблеме».

Вот что ответил руководитель верхней палаты парламента: «Это ее дело. Я же думаю, что в основе «проблемы» категоричность совсем иная – та, с которой у нас готовы порой отстаивать чьи угодно интересы, только не собственные, не российские. У меня иной взгляд на вещи. Я не вижу причин менять его.» (Миронов. С. «Дальний Восток должен стать ближе, чем когда либо», журнал «Российская Федерация сегодня», сентябрь 2002, № 17, С. 12).

Казалось бы, при таком отношении высших должностных лиц страны к территориальному вопросу о чем могут волноваться сахалинцы и курильчане?

Дело, однако, в том, что цитировавшиеся выше высказывания – это всего лишь интервью, либо монологи, но вовсе не принятые решения в отношении притязаний Японии на дальневосточные территории России. Тем более, что Министр иностранных дел России Игорь Иванов в отсутствие на самом высоком уровне реального волевого поворота в отношении этих притязаний примерно в это же время (в июле 2002 года) направил в Токио своего заместителя Александра Лосюкова «фактически для возобновления консультаций по мирному договору. Мы всегда выступали за то, чтобы этот диалог не прерывался. К сожалению, в силу целого ряда обстоятельств на протяжении почти года эти консультации не проводились. Сейчас мы их возобновляем.» (Российская газета, 25.07.2002, № 135 (3003), С. 4).

Реальную корректировку позиции Москвы по отношению к территориальным притязаниям Японии с учетом экспертизы, проведенной в Государственной Думе, мог бы на наш взгляд произвести Совет Безопасности Российской Федерации.

Практическим следствием такой корректировки является необходимость дачи указаний Министру иностранных дел Российской Федерации о переходе от обсуждения проблемы мирного договора с Японией (бессмысленного занятия – ибо фактически мир между нашими странами наступил 2 сентября 1945 года с момента капитуляции Японии, а юридически состояние войны провозглашено прекращенным статьей 1 Совместной декларации СССР и Японии 19 октября 1956 года) к переговорам о заключении комплексного договора о добрососедстве, сотрудничестве между нашими странами с отказом сторон от территориальных притязаний.

Укрепление внешнеполитических позиций России, в том числе в АТР произойдет только в случае сплочения нации, общего подъема экономики, реализации федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов и финансового укрепления местного самоуправления, дающего возможность бездотационного существования Курильского и Южно-Курильского районов Сахалинской области.

Хотелось, чтобы данная конференция носила конструктивный характер и способствовала укреплению стабильности в азиатско-тихоокеанском регионе.

Депутат Сахалинской областной думы, председатель постоянной комиссии по законности, законодательству и внешним связям

С. А. Пономарев, тел/факс (4242) 42-15-74, e-mail: ponomarev@duma.sakhalin.ru

6 декабря 2002г.
[] []
Вернуться назад

"СИАА"
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ
ЖУРНАЛ
Copyright © 1998-2005 СИАА | Developed by Сопка.NET   
Хостинг RU-CENTER на www.nic.ru