Сегодня: Понедельник, 20 мая 2019г.     
 
Газетные статьи
Аналитика
Новости
Газетные публикации
 
"СИАА"
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ
ЖУРНАЛ
[] []

Роль Сахалинской области в развитии отношений российского Дальнего Востока со странами АТР.


Виталий Николаевич Елизарьев является начальником Управления международных и внешнеэкономических связей администрации Сахалинской области. Образование высшее. Возраст 50 лет. Участник многих международных конференций, симпозиумов и встреч. Большая практика взаимодействия с японской политической элитой привела его к изучению вопросов, связанных с сформулированной японскими политиками проблемой "северных территорий". По его мнению, этой проблемы не существует. Считает, что международное сотрудничество - один из крупных факторов динамичного развития экономики Сахалинской области

Автор нескольких книг по истории, современном этапе и перспективах взаимоотношений Сахалинской области со странами АТР.

Предлагаем нашим читателям интервью В.Елизарьева, которое он дал 28 июня и.о. генерального директора Сахалинского информационно-аналитического агентства Глеба Геннадию.

Виталий Николаевич - что наиболее значимого произошло в жизни Сахалинской области за последние 3 года в развитии международных и внешнеэкономических связей?

Последние 3 года дали для Сахалинской области наиболее качественный скачок в повышении авторитета нашего региона в международном мире. Как итог - Сахалинская область сегодня занимает второе место в России по объему привлекаемых инвестиций.

А в дальневосточном регионе Сахалинская область заняла устойчивое первое место не только по объемам привлекаемых инвестиций, но и по объемам внешнеторгового оборота в расчете на одного проживающего. В расчете на одного жителя Сахалинской области в 1999 году приходилось 1147 долларов США внешнеторгового оборота против 433.8 в 1992 году. В Хабаровском крае этот показатель в 1998 году составил 841 доллар США, а в 1999 г. - 496 долларов США. В Приморском крае - 653 и 561 доллара США внешнеторгового оборота соответственно.

Несоизмеримо вырос авторитет Сахалинской области за рубежом. Сегодня на конференции и доклады, с которыми выступает губернатор Сахалинской области, слетаются со всего мира многие известные банкиры, руководители крупнейших мировых компаний.

Презентация Сахалинской области, проведенная в 1997 году в Южно-Сахалинске, показала огромный интерес деловых и политических кругов США, Японии, Республики Корея, Китая, Австралии к возможностям нашего островного края. Сегодня к этому списку могу добавить Индию, Англию, Германию, Швецию, Новую Зеландию, Сингапур и целый ряд других стран.

Ярким событием 1998 года стало подписание Соглашение о дружбе и экономическом сотрудничестве между Сахалинской областью и префектурой Хоккайдо. И это при том, что между Россией и Японией до сих пор отсутствует мирный договор, а Южные Курилы являются желанным предметом Японии для присоединения.

В текущем году мы готовы к подписанию уже трехстороннего Соглашения о сотрудничестве в области охраны окружающей среды между Сахалинской областью, штатом Аляска (США) и префектурой Хоккайдо (Япония).

За истекшее время в Южно-Сахалинске открылось отделение Генерального Консульства Японии, а с нового 2001 года оно приобретет статус самостоятельного подразделения МИД Японии.

С каждым годом растет число иностранцев, приезжающих в Сахалинскую область для знакомства, проведения деловых переговоров и на постоянную работу.

Другими словами международная и внешнеэкономическая деятельность, международное сотрудничество стало одним из приоритетных направлений Сахалинской области. Поэтому, считаю, что не за горами и крупные структурные перемены в руководстве этой отраслью.

Вы считаете, что в настоящее время руководство международными и внешнеэкономическими связями недостаточно эффективно?

Дело не в международных и внешнеэкономических связях. Необходимо различать понятия - международные связи, международное сотрудничество и международная деятельность. Исходя из того опыта работы в этой области, что я приобрел за три года работы, я могу четко сформулировать эти понятия. Тем более что эта тематика является и частью моих научных исследований. Поэтому обращаю внимание, что они глубоко различны по своему содержанию. Внешнеэкономическую деятельность субъекта РФ я понимаю как часть международной деятельности субъекта федерации, направленной на организацию системных отношений и взаимовыгодного сотрудничества в области экономики, финансов, экспортно-импортных операций, создание совместных предприятий и производств, привлечение иностранных инвестиций для реализации приоритетных инвестиционных проектов, создания взаимовыгодного правового поля, обеспечивающего цели внешнеэкономической деятельности субъекта федерации.

Международное межрегиональное сотрудничество субъекта РФ необходимо понимать как комплекс взаимоотношений административно-территориального образования РФ с аналогичным образованием зарубежной страны, которые осуществляются на основе долговременных договоров или соглашений. Эти отношения регламентируются документами подписанными руководителями сотрудничающих территорий и направлены на формирование устойчивых отношений между регионами, его структурами, муниципальными образованиями и отдельными предприятиями, организациями и учреждениями в области культуры, науки и образования, спорта и здравоохранения, социальной сферы, экономики, дружественных и побратимских связей совместного экономического сотрудничества и законодательства и т.д.

Международные и внешнеэкономические связи субъекта РФ я понимаю как наличие сложившихся устойчивых связей субъекта РФ с зарубежными административно-территориальными образованиями, их отдельными учреждениями для достижения определенных целей в соответствии с выработанной политикой в отношении зарубежных территорий, образований и иных участников международного сотрудничества.

Другими словами, наше управление не имеет прямого отношения к результатам внешней торговли, к предприятиям, торгующим с зарубежными партнерами. К совместным предприятиям мы имеем отношение только на стадии их регистрации, да и то в скором времени следует ожидать передачи этой функции в управление юстиции в соответствии с Законом РФ об иностранных инвестициях, принятого в прошлом году.

В тоже время и единого руководства внешнеэкономической деятельностью предприятий и организаций в области нет. Все направления международных и внешнеэкономических функций раздроблены и размыты. Тем не менее, в области с каждым годом растет число предприятий, занимающихся внешнеэкономической деятельностью, значительно число и совместных предприятий. А вот общей координацией этих предприятий, прогнозированием и перспективами их развития производства, выработкой стратегией импортозамещения, увеличением экспортных возможностей, как и целым рядом других вопросов, связанных с международной и внешнеэкономической деятельностью области занимаются бессистемно. Каждый по отдельности и никто в целом. У одного вопросы Курильских островов (а территориальные вопросы один из самых острых вопросов российско-японских отношений), у другого проблемы совместного рыболовства, у третьего вопросы международного туризма, у четвертого вопросы экологической безопасности (становящейся одной из самых значительных проблем международного сотрудничества), у пятого вопросы расширения поставок на экспорт лесоматериалов, у шестого нефтегазовые проекты, у седьмого - вопросы привлечения иностранных инвестиций и т.д. Координацией же работы совместных предприятий, регулированием их деятельности, объемами поставок в интересах области, на мой взгляд, не занимается практически никто.

Поэтому, я с удовлетворением воспринял решение Президента РФ о создании нового Министерства - экономического развития и торговли. Потому что, министерство экономики в прежнем виде, на мой взгляд, было полностью оторвано от производства, тысячи его работником, а значит, многие специалисты и в Сахалинской области занимались чисто бумажной рутиной под названием прогнозирование экономики. Само понятие экономики приобрело абстрактный оттенок, и вместо конкретной работы по координации предприятий и организаций, вместо конкретного участия в развитии экспортных и импортных возможностей региона, зачастую специалисты переписывали статистические бюллетени и выдавали их как за руководство экономической отраслью. Мне тяжело об этом говорить, поскольку 4-5 лет назад я работал в нынешнем комитете экономики, и знаю эту работу не понаслышке. Хотя сегодня в стиле работы комитета много изменилось, и руководство комитетом сегодня во многих направлениях занимается реальной экономикой в отличие от тех руководителей, которые возглавляли эту структуру при мне. Любая экономика предполагает обмен произведенными продуктами, а значит товарообменом, торговлей. Следовательно, отношение к товарообороту, особенно с зарубежными странами, должно измениться. Поэтому хочется верить, что отношение к новой отрасли - де-факто - внешнеэкономической деятельности изменится. Она действительно является составной частью проводимой в области региональной экономической политики и цели ее видятся в следующем:

- использование внешнего фактора для структурной перестройки экономики области, создания новых предпосылок экономического роста и повышения жизненного уровня населения области;

- привлечение зарубежных финансовых средств, современной технологии, передового опыта, иностранной рабочей силы для реализации природного и производственного потенциала, внедрения имеющихся научных достижений в производство, создания новых рабочих мест.

Наше же управление - Управление международных и внешнеэкономических связей администрации области это лишь небольшая и узкоспециализированная часть всей международной деятельности субъекта РФ, каковой является Сахалинская область. Главными нашими функциями являются соблюдение международного протокола при организации приемов иностранных делегаций, организация и проведение на территории области и за рубежом всех (или почти всех) международных мероприятий с участием Сахалинской области, организация и сопровождение (качественное проведение и участие представителей Сахалинской области) в различных формах международного сотрудничества Сахалинской области с зарубежными странами. Разумеется, что сам по себе это участок работы достаточно большой, и он вполне рассчитан на то количество сотрудников, которыми обладает управление.

Тем не менее, косвенно нам приходится заниматься всем комплексом вопросом. Но каким образом? Для того чтобы от имени Сахалинской области на международной встрече, конференции или переговорах квалифицированно провести переговоры, необходимо задолго официально направить десятки писем соответствующему вице-губернатору, его соответствующему структурному подразделению. Работает огромная бюрократическая машина. Зачастую получаем простые отписки, за которые не только перед иностранцами стыдно, но и за своих коллег, которых развитие международных связей волнует только в пределах сопутствующих возможностей. Развели бумажно-бюрократическую машину, а иначе нельзя, поскольку неверно проведенные переговоры, не имеющие подтверждения и согласования с соответствующими структурами администрации, могут повлечь серьезные негативные международные последствия, вредящие имиджу Сахалинской области.

Исходя из сказанного, назревает время изменения традиционной схемы управления, выделения международной и внешнеэкономической деятельности в самостоятельной крупное направление работы субъекта РФ. Назрела необходимость создания определенной модели управления этой отраслью, и, конечно, соответствующей структуры управления. Гораздо проще, если бы внешние вопросы решались на уровне вице-губернатора, непосредственно отвечающего за всю международную жизнь и деятельность Сахалинской области. Он бы в полной мере мог отвечать за перспективы развития и внешнеэкономической деятельности экономики области и за всю сферу международного сотрудничества. Уже в силу этого он мог бы вплотную заниматься многочисленными проблемами, возникающими на стыке сахалинской таможни, пограничных интересов, налоговых органов, валютно-экспортного контроля и т.д.

Кроме этого вопросы внешней экономики требуют и соответствующих усилий для налаживания связей со странами СНГ, другими субъектами РФ. В области есть немало Протоколов и Соглашений, подписанных с разными субъектами РФ, но нет людей, кто бы постоянно занимался реализацией подписанного.

Почему Вы считаете, что внешним связям и внешнеэкономической деятельности должно уделяться такое внимание?

Это подтверждается развитием нашей современной истории. На протяжении многих лет сфера международных и внешнеэкономических отношений была монополией государства. Первые робкие шаги Сахалинской области на международной арене появились в середине шестидесятых годов с заключением договоров о побратимских связях с городами префектуры Хоккайдо (Япония), созданием ассоциаций дружбы, с развитием прибрежной торговли. Однако долгое время побратимские связи конца 60-х - начала 90-х годов ограничивались рамками визитов вежливости, обменом творческими и спортивных коллективами, выставками народного творчества и другими культурными мероприятиями.

Все без исключения мероприятия международного характера были строго регламентированы, находились под строжайшим контролем государственных структур и служб безопасности. Внешнеэкономическая деятельность планировалась и контролировалась Федеральными органами власти и их структурами на местах.

Развитие зарубежных контактов между органами власти трансграничных территорий, отдельных хозяйственных структур, торговли, появление качественных товаров зарубежного производства вызывали у населения огромный интерес. Железный занавес, окружавший СССР не позволял большинству населения страны видеть мир своими глазами, создавал атмосферу таинственности, не давал возможности сравнивать преимущества и недостатки соперничающих систем, а тем более принимать участие в международном сотрудничестве.

Начало рыночных преобразований, либерализация внешней торговли, начатая в СССР в 1988 году, дала резкий толчок развитию делового туризма. Многие десятки и сотни иностранных туристов, посетивших Сахалинскую область в конце 80-х начале 90-х годов в основном представляли деловые структуры зарубежных стран. Их волновали новые перспективы развития бизнеса. Поэтому главной целью их приезда являлось установление деловых контактов со специалистами, хозяйственными и областными руководителями.

Иностранные компании, правительственные круги Японии, республики Корея, Тайваня, США, Австралии, Китая и целого ряда других стран широко развернули работу по приглашению представителей деловых кругов Сахалинской области для переговоров, поиска путей создания совместных предприятий, заключения договоров-намерений, первых контрактов по поставкам товаров и сырьевых ресурсов.

Этот период времени характеризуется массовым выходом на внешний рынок малых предпринимательских структур Сахалинской области. Однако отсутствие достаточного объема знаний и опыта внешней торговли сказывалось на многочисленных нарушениях декларирования товаров, отправки за границу продукции, не предусмотренной учредительными документами о создании и деятельности предприятий, реализации товаров без лицензий, скрытии доходов, занижении стоимости сырьевых ресурсов, продаже их по любым демпинговым ценам.

Отдаленность дальневосточных субъектов РФ от Центра, нарушение централизованных связей обеспечения регионов необходимыми товарами первой необходимости и продовольствием, значительное удорожание транспортных расходов, распад союзного государства привели к ускоренному поиску со стороны руководящих кадров региона и предпринимателей, равноценной и полновесной замены рынков снабжения, установления долговременных связей и форм международного сотрудничества.

В Сахалинской области начала создаваться инфраструктура, обеспечивающая развитие международных и внешнеэкономических связей. В целях упорядочения работы и совершенствования внешнеэкономических связей в области в эти годы были образованы Сахалинская региональная таможня (1991 год), представительство Министерства внешнеэкономических связей (1989 год), департамент внешних связей при администрации области, который в 1993 году был преобразован в управление международных и внешнеэкономических связей администрации области, представительство Министерства Иностранных Дел Российской Федерации (1994 год).

С распадом Советского Союза, с разрушением хозяйственных связей между Центром и регионами, с началом либерализации внешнеэкономической деятельности, дальневосточные регионы, Сахалинская область стали своего рода полигоном для поиска и выработки новых форм внешнеэкономических связей и сотрудничества, подключения территорий к международному разделению труда.

Субъекты Российской Федерации, сами становились субъектами реформ. Процессы, происходящие в субъектах РФ - переориентация на азиатско-тихоокеанский рынок, интеграционные процессы предполагали не только развитие внешней торговли, но и быстрое развитие международного межрегионального сотрудничества, значительное повышение имиджа территории, создание инвестиционной привлекательности, поиска потенциальных инвесторов для создания совместных предприятий, производств и финансирования перспективных инвестиционных проектов.

Да и для самой России, являющейся евроазиатской территорией, с неизбежностью встал вопрос о необходимости скорейшей реализации возможностей расширения экономического сотрудничества в восточном направлении. Естественно, что западная часть России тяготеет к Европе, а Сибирь и Дальний Восток - к Азиатско - Тихоокеанскому региону (АТР). В этих условиях Дальний Восток, Сахалинская область для АТР представляют собой фасадную часть Российской Федерации. Поэтому интересы России, направленные в АТР, безусловно, затрагивают возможности дальневосточных регионов, становятся приоритетным направлением внешнеэкономической политики государства. Но государство сегодня не в состоянии в полной мере учитывать быстро меняющиеся процессы в регионах. Даже в наиболее “свежем” Законе РФ “О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов РФ”, который 2 декабря 1998 года Государственная Дума приняла, а 4 января 1999 года Президент РФ подписал, несмотря на его достаточную новизну, сохраняется стереотип мышления и методологии, выработанной СССР. Более того, этот Закон РФ в своем применении сразу отстал от быстро меняющейся практики международного сотрудничества. В нем однозначно ставится вопрос лишь “об осуществлении международных и внешнеэкономических связей субъектов РФ с субъектами федеративных государств, административно-территориальными образованиями иностранных государств, а также участии в деятельности международных организаций”.

Между тем считаю, что стандартное восприятие роли субъекта РФ без учета его географически территориального расположения, а также степени “замешанности” субъекта РФ в межгосударственных проблемах (для Сахалинской области это “территориальный вопрос между Россией и Японией”, судьбы разделенных семей, проживающих на территории Сахалинской области и имеющих исторические корни в Республике Корея), не позволяет Центру более полно учитывать возможности субъектов РФ и их роль в формировании и регулировании определенных политических и экономических предпосылок развития международных отношений между Российской Федерацией и зарубежными странами.

Насколько тяготеет Сахалинская область к Азиатско-Тихоокеанскому региону (АТР), и какую помощь или участие от стран этого региона могла бы получить Сахалинская область?

80-90 годы ознаменовались заметным ускорением процессов экономической интеграции в Азиатско-Тихоокеанском регионе, особенно в Северо-Восточной Азии. Этот регион является наиболее развивающимся районом мира. Поэтому Центр не может не учитывать, что на этом фоне быстрого экономического и демографического роста, экономическая отсталость и малозаселенность Дальнего Востока России становятся факторами, угрожающими экономической безопасности страны. За последнее десятилетие ситуация дальневосточных регионах значительно ухудшилась. Большой отток работоспособного населения, многолетняя политика Центра отношения к поселенцам Дальнего Востока как к временщикам, отдаленность от промышленно развитых районов России, разрушенные хозяйственные связи, управляемость экономикой территорий - эти и другие моменты создали принципиально новую геополитическую ситуацию в АТР.

Потребность в дешевой рабочей силе, в восстановлении потерянных объемов производства, особенно, в сельском хозяйстве, бурное неуправляемое развитие приграничной торговли привели к значительному росту иностранцев в приграничных дальневосточных регионах. Расширяется экспансия Китая на Север. Резко возрастает число осевших китайцев в Амурской области, Приморском и Хабаровских краях.

Тем не менее, Центр и местные администрации понимают, что без всестороннего развития сотрудничества субъектов РФ Дальнего Востока с территориями и странами АТР, невозможно ослабить негативные моменты кризисной ситуации 90-х годов. Развитие сотрудничества, открытие территорий Дальнего Востока для иностранных инвестиций способны превратить дальневосточный регион России, богатый природными ресурсами, в новый центр соразвития Северо-Восточной Азии (СВА) и Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом. Политический климат и общая ситуация в Азии, особенно в СВА, в XXI веке в значительной мере будет зависеть от отношений между всеми странами региона, экономическими и политическими группировками, существующих здесь. Особое значение имеют отношения в рамках четырехугольника - Китая, Японии, США и России.

Поэтому небезосновательно интересы России направлены на активизацию сотрудничества со странами АТР и, прежде всего, с ее дальневосточными соседями. Цель такого сотрудничества - привлечь наших партнеров к развитию ресурсов Сибири и Дальнего Востока и на этой основе поэтапно интегрироваться в экономическое пространство АТР. В этом плане Россия заинтересована в тесном взаимодействии со всеми экономическими международными организациями АТР.

Приходит понимание, что XXI век будет веком АТР. Приоритетами России в этом районе на долгосрочную перспективу будут:

сохранение территориальной целостности России, неприкосновенность ее границ, неделимость Российского государства;

оздоровление и стабилизация экономики, повышение качества жизни, суверенный контроль над природными ресурсами;

сохранение духовных ценностей многонациональной державы и ее цивилизационной идентичности.

Особенностью процесса развития мировой экономики в настоящее время является глобализация и деление мира на экономические блоки. Азиатско-Тихоокеанский регион несомненно, является крупным полюсом мировой экономики. Поэтому интеграция экономики Дальнего Востока в АТР является естественным процессом. В этих условиях регион Северо-Восточной Азии постепенно превращается в новый центр мировой экономики и сотрудничество между регионами в решении совместных проблем становится актуальным. На этом фоне в последнее время все четко вырисовываются контуры нового полюса интеграционных процессов, в который входят Дальний Восток России, Япония, республика Корея, Корейская Народно-Демократическая республика, Северо-Восточные провинции Китайской Народной республики и Монголия. В этом же регионе имеются такие территории, как Тайвань, представляющий для экономики Сахалинской области большой интерес своими огромными потенциальными возможностями инвестиционного плана и как потребитель продуктов, которые будут производиться при освоении шельфа Сахалина.

Главной особенностью территорий, входящих в СВА являются:

1. Общие границы, сопредельность и близкая расположенность друг к другу.

2. Взаимодополняемость экономик этого региона. Это выражается в том, что Дальний Восток России богат сырьевыми ресурсами: нефть, газ, лес, уголь, рыба, различные полиметаллические руды. С другой стороны зарубежные территории СВА обладают значительными людскими ресурсами. Северо-Восток Китая составляет около 100 млн. человек против 8 млн. человек, проживающих на российском Дальнем Востоке. Значительные запасы минеральных ресурсов имеются в Монголии. В КНДР - людские ресурсы. В Японии - финансы и современные технологии.

Возможность использования принципа взаимодополняемости экономик территорий, входящих в СВА способно значительно усилить экономические ресурсы этого региона, который к тому же значительно облегчен потенциальными транспортными издержками в связи с близостью друг к другу.

3. Кроме этого, СВА имеет некоторые сходные черты. После окончания противостояния “двух систем”, страны СВА перешли из мира четко фиксированных опасностей в мир неясных рисков или угроз, озадачивающих своей размытостью. Они уже не приносятся извне, а носят чисто региональный характер. Слабая экономика, неразвитая инфраструктура, политическая и социальная нестабильность, малый опыт международного сотрудничества в дальневосточном регионе, Монголии, КНДР как наследие прошлого создают повышенные риски для притока иностранного капитала, затрудняют прогнозирование развития ситуации. Этому способствуют и неотработанность законодательной базы, бюрократизм и коррумпированность, наличие преступных группировок. СВА, как впрочем, и весь Азиатско-Тихоокеанский регион, находится в состоянии хрупкого равновесия, поскольку имеются предпосылки, как для закрепления стабильности, так и для проявления конфликтности.

4. Имеется определенная и психологическая дистанцированность населения регионов, до недавнего времени относившихся к капиталистическому и социалистическому лагерям.

5. СВА отличается большим потенциалом в динамизации экономических процессов. Ее растущий экономический потенциал предопределяет усиление политического взаимодействия и углубление интеграционных тенденций. Складываются предпосылки к формированию целостной группировки во главе с Японией, которая выдвинула идею япономорского сотрудничества.

Эта идея имеет важное значение для России и Дальнего Востока, поскольку решает задачу быстрого включения дальневосточных территорий в азиатскую экономику, укрепляет стратегическое партнерство с ближайшими зарубежными соседями.

Поэтому важным ориентиром при планировании и развитии экономики Дальнего Востока России должно стать не только сохранение и воссоздание целостного производственного комплекса России, но и интеграция в формирующуюся систему международного разделения труда в СВА на базе производственного кооперирования и специализации.

Как и Азиатстко-Тихоокеанский регион, Северо-Восточная Азия проводят в жизнь доктрину “открытого регионализма”. С основанием можно говорить о доминирующей тенденции развития многосторонних экономических связей, прежде всего, таких как Тихоокеанский экономический совет, Ассоциация Тихоокеанского экономического сотрудничества, Совет по тихоокеанскому экономическому сотрудничеству, Конференция по проблемам зоны свободной торговли и Азиатский банк развития, опирающихся на политику открытого регионализма.

Для успешного интегрирования в СВА имеется реальная основа - возможности и желание партнеров по СВА. Однако их реализация напрямую зависит от способности всех субъектов - партнеров по субрегиону добиваться своих отдельных целей на базе баланса интересов, что является одним из главных условий достижения успеха в деле региональной интеграции в СВА.

Динамика внешнеторгового оборота Сахалинской области в странах АТР и странах СВА представляет собой динамично развивающийся процесс. Общий объем внешней торговли с АТР с 1992 по 1998 годы вырос с 278,9 до 757,6 млн. дол. США или в 2,7 раза, а в СВА с 242,5 до 484,2 млн. дол. США или в 2 раза. При этом, несмотря на общее падение объемов товарооборота на 28.6 % в 1999 году, объясняемого кризисом 1998 года, объемы по странам АТР уменьшились на 26.1%. А в целом по странам АТР доля объемов товарооборота, начиная с 1994 года, неуклонно повышается с 56,7% до 80,2 % в 1999 году.

Падение же доли стран СВА в объемах товарооборота стран АТР объясняется в первую очередь тем, что дальневосточный регион и Сахалинская область еще в недостаточной мере используют плюсы и минусы сочетания возможностей высотехнологичных стран и стран с высокой численностью населения. Тем не менее, постепенно с выходом из экономического кризиса, улучшением инвестиционного климата, правовой базы возможности стран СВА будут повышаться.

Для Сахалинской области, на территории которой проживает около 40 тысяч корейцев, это имеет достаточно большое значение. Сахалинские корейцы углубляют свои связи не только с разделенными семьями в южных провинциях Республики Корея, но и с обосновавшимися сахалинскими корейцами в Японии и других странах СВА и ЮВА. Поэтому при развитии внешнеэкономических связей с другими территориями СВА и ЮВА можно ожидать укрепления торгового оборота и развития новых форм международного сотрудничества.

Развитие торговых отношений со странами СВА пока происходит далеко неравномерно. В этом сказываются причины, характерные для развития экономики дальневосточных регионов России, Монголии, КНДР.

Тем не менее, именно эти слабости и заставляют территории СВА искать пути интеграции, объединять усилия региональных администраций в поисках путей совместного сотрудничества.

Могли бы Вы дать некоторую характеристику внешнеэкономической деятельности Сахалинской области за последние годы и в чем заключаются проблемы?

Трудности этого периода времени объясняются медленным изменением законодательной базы, формирования собственников с новым мышлением, отсутствием международного опыта и, конечно, медленным сломом старой бюрократической машины, которая не позволяла в короткие сроки перевести движение экономических отношений по новым условиям.

Поэтому, до 1993 года подавляющая часть экспортных поставок ограничивалась мерами государственного регулирования, т.к. входила в группу квотируемых и лицензируемых товаров. Жесткий порядок квотирования и лицензирования экспорта не позволял расширить экспортные поставки даже в случае полной невозможности эффективного сбыта продукции внутри страны и “кризиса перепроизводства” в рамках конкретного предприятия.

К 1994 году в Сахалинской области действовало свыше 400 внешнеэкономических структур, которые взаимодействовали с фирмами и компаниями более 50 стран мира, в т.ч. с 15 странами Тихоокеанского региона, 16 странами Западной Европы, 11 странами Содружества Независимых Государств (СНГ).

Начиная с 1991 года, значительно расширилась география внешнеэкономических связей Сахалинской области. С 8-ми в 1989 году до 90-и в 1999 году увеличилось количество стран, с которыми Сахалинская область осуществляла экспортно-импортные операции.

Внешнеторговый оборот Сахалинской области увеличился за эти годы в 4 раза, в т.ч. экспорт - в 3, а импорт - в 4,3 раза (до 1999 г.). Удельный вес внешнеторгового оборота Сахалинской области в общем объеме Дальневосточного региона достиг к 1999 году 21,6%, в том числе экспорт - 17,1%, импорт - 29,3% против 11.3, 13.4, 8.6% соответственно в 1992 году.

В расчете на одного жителя Сахалинской области в 1999 году приходилось 1147 долларов США внешнеторгового оборота против 433.8 в 1992 году. В Хабаровском крае этот показатель в 1998 году составил 841 доллар США, а в 1999 г. - 496 долларов США. В Приморском крае - 653 и 561 доллара США внешнеторгового оборота соответственно.

Снижение объемов внешнеторгового оборота в 1999 году объективно вызвано падением курса доллара США в 1998 году, переключением внимания предпринимательских структур на поиск новых дешевых рынков товаров.

Положительное сальдо торгового баланса в сумме 317,2 млн. долл. сформировалось только за счет торговли со странами дальнего зарубежья при дисбалансе в торговых отношениях со странами Содружества Независимых Государств (СНГ).

В 1999 году основными покупателями сахалинских товаров являлись Сингапур - 35% общего объема экспорта, Япония - 25%, Германия - 13%, Китай - 6%, Республика Корея - 4%.

На развитие экспортных поставок Сахалинской области влияние оказывает конъюнктура мировых цен на топливно-энергетические ресурсы, спрос и предложения внешнего рынка. В связи с ростом цен на нефть, устойчиво заработала в 1999 году нефтегазодобывающая и нефтеперерабатывающая промышленности. Это положительно сказалось на развитии электроэнергетики, угольной, пищевой и перерабатывающей, лесозаготовительной и целлюлозно-бумажной промышленности, а также отраслей производственной инфраструктуры.

В товарной структуре экспорта в 1999 году произошли некоторые изменения: по сравнению с прошлым годом увеличилась доля экспорта топливно-энергетических ресурсов, лесоматериалов и целлюлозно-бумажных изделий; уменьшилась доля экспорта рыбы и морепродуктов, машин, оборудования и транспортных средств, услуг по монтажу и бурению, транспортных и коммерческих.

Объем экспорта топливно-энергетических ресурсов составил 223,1 млн. долларов США и увеличился по сравнению с 1998 годом на 97 млн. долларов (в 1,7 раза).

В рамках проекта “Сахалин-2” впервые в 1999 году добыто на шельфе острова и поставлено на экспорт 143 тыс. тонн нефти. Всего экспорт нефти увеличился на 112 млн. долларов США.

За счет увеличения физических объемов экспорта нефти до 1756 тыс. тонн увеличилась валютная выручка на 23 млн. долл. США.

Оживилось производство в лесопромышленном комплексе Сахалина. Объем экспорта деловой древесины увеличился в 1,5 раза, пиломатериалов - в 2,8 раза. Основными странами - партнерами по экспорту лесоматериалов являются Япония и Республика Корея.

Одна их основных статей товарной структуры экспорта области являются рыба и морепродукты. К сожалению, за счет неблагоприятной промысловой обстановки, в 1999 году не удалось сохранить стоимостные объемы экспорта рыбы и морепродуктов 1998 года, что отразилось на показателях экспорта: за истекший период вывезено за рубеж 92.9 тыс. тонн этого вида сырья на 165,4 млн. долл. США ( в 1988 году - 115.2 тыс. тонн на 173,2 млн. долл. США).

Объем экспорта рыбы и морепродуктов в стоимостном выражении уменьшился почти на 8 млн. долл. США, при этом за счет снижения физических объемов экспорта недополучено 34 млн. долл. США. Но за этот же период за счет увеличения средней контрактной цены за единицу экспортируемой продукции - на 18 % - удалось увеличить валютную выручку на 26 млн. долл. США. Средняя цена на икру минтая, составляющую четвертую стоимостного объема экспорта морепродуктов возросла в 1,6 раза. Сахалинские пищевкусовые товары представлены на внешнем рынке: печенью, икрой минтая и лосося, молоками, лососем тихоокеанским мороженым, крабами, треской, филе трески, минтая. По экспорту рыбы, ракообразных и моллюсков основными покупателями являются Япония и Республика Корея.

В сахалинской внешней торговле с 1998 года стала отчетливо проявляться тенденция роста торговли со странами Содружества Независимых Государств. В 1999 году объем экспортно-импортных операций со странами СНГ увеличился по сравнению с 1998 годом в 7 раз за счет активизации торговых связей с Украиной, Казахстаном, Таджикистаном, Узбекистаном, Беларусью. Удельный вес стран СНГ в общем объеме внешнеторгового оборота области составляет в настоящее время 2,6 % против 0,1 % в прошлом году.

В Казахстан и на Украину отправляются бурый уголь и рыбопродукты, на Сахалин завозятся из Казахстана и Узбекистана - лук, чеснок, овощи, плоды сушеные, из Украины - суда рыболовные, плавучие базы, трубы, оборудование, мебель.

За 1999 год объем импортных поступлений составил 190,5 млн. долл. США.

Снижение объемов импорта положительно сказалось на местном производстве. Сокращен вывоз товаров, производимых сахалинскими предприятиями, но ранее не покупаемых потребителями из-за высоких внутренних цен. В 1999 году устойчиво заработали отрасли пищевой и перерабатывающей промышленности острова: из 110 важнейших учитываемых видов продукции рост объемов достигнут по 52 видам. Производство потребительских товаров возросло на 5,8 процента.

Тем не менее, несмотря на заметное увеличение выпуска продукции местными товаропроизводителями, насыщение внутреннего рынка продовольственными и промышленными товарами продолжает за счет импортных поставок. В 1999 году в область по импорту поступило 7076 тонн мясных (в 2,2 раза меньше 1998 г.), 20 тонн (против 670 тонн) макаронных изделий, 526 тонн (в 4,1 раза меньше) - масла животного и жиров, 34 тонны (в 13,9 раза меньше) - масла растительного. Увеличился в 2,6 раза импорт зерна, муки, крупы. Всего же пищевкусовых товаров импортировано в область на 10,3 млн. долл. по сравнению с 48 млн. долл. в 1998 году.

Основными поставщиками товаров на Сахалин являются: США, Канада, Япония, Республика Корея, Германия.

Как одно из последствий финансового кризиса августа 1998 года явилось увеличение в 1999 году объема бартерных сделок в 16 раз по сравнению с 1998 годом. Основной причиной возврата к бартеру являются проблемы расчетов за поставленный товар в валюте в связи с ее отсутствием или неустойчивостью в условиях быстрой инфляции.

Бартерные сделки отмечены во взаиморасчетах с Украиной, Японией, Китаем, Канадой, Вьетнамом.

Тем не менее, удельный вес бартерный сделок во внешней торговле Сахалинской области незначителен и составляет 3,6 процента.

Удельный вес бартерных сделок предприятий и организаций Сахалинской области составляет около 12 % от объема бартера предприятий и организаций Дальнего Востока.

Внешнеторговые операции в 1999 году осуществляли 721 участников внешнеэкономической деятельности, зарегистрированных на территории Сахалинской области; их удельный вес в общем объеме участников Дальневосточного региона составил 14 процентов. По сравнению с прошлым годом количество участников внешнеэкономической деятельности в Сахалинской области уменьшилось в 1,5 раза.

Удельный вес Сахалинской области во внешнеторговом обороте Дальнего Востока составил 21,2 процента, по России - 0,7 процента.

Как бы могли оценить развитие отношений с нашим ближайшим соседом Японией?

Оценивая нынешнее состояние российско-японского экономического сотрудничества на Дальнем Востоке и, исходя из этого, определяя задачи и пути улучшения этого сотрудничества, необходимо отметить следующие принципиальные моменты наших взаимоотношений.

Год назад на заседании Дальневосточной подкомиссии Межправительственной Комиссии по развитию торгово-экономического сотрудничества между Россией и Японией в Токио я обратил внимание японских и российских участников на то, что состояние наших взаимоотношений, уровень торгово-экономического сотрудничества между Дальним Востоком России и Японии требует принципиально новых подходов. И в качестве одного из таких подходов высказал мысль о начале моделирования наших взаимоотношений сначала на уровне отдельных регионов Дальнего Востока и Японии, имеющих между собой Соглашения о дружбе и экономическом сотрудничестве. Моделирование отношений Сахалинской области с такой страной как Япония, безусловно, должно строиться из учета комплекса всех взаимоотношений между Россией и Японией. Невозможно строить отношения субъекта РФ с иностранным государством или его территориальным образованием, не зная глубины всех процессов. Анализ многолетних связей Сахалинской области и Хоккайдо, взаимоотношений, складывающихся между Сахалинской областью и Японией, показывает, что у нас существует значительной расхождение в понимании самого сотрудничества.

Действительно, современное состояние Японии характеризуется как “стагнация”. Но при этом Япония остается одной из ведущих держав мира в области технологий и одной из богатейших стран мира.

Россия же, как и Дальний Восток, Сахалинская область только-только начинают выходить из длительного кризиса, отбросившего страну далеко назад. Как объединить интересы богатого и бедного? Как суметь привлечь неограниченные технологические и финансовые возможности этой страны для решения многолетних проблем экономического характера? Проблем, которые не в должной мере решались и во времена СССР, а тем более в условиях выживания дальневосточных субъектов РФ, связанных с глубочайшим финансово-экономическим кризисом России в последнем десятилетии 20-го века?

Каковы же интересы Японии? Неужели только в том, чтобы получить сырьевые ресурсы Сахалинской области и российского Дальнего Востока? Если дело только в этом, то проблем больших для Японии не было бы. Обладая огромными финансовыми возможностями, Япония давно могла бы закупать неограниченное количество сырьевых ресурсов Дальнего Востока, предоставляя при этом и соответствующие технологии для ускоренного извлечения их из недр. Но этого не происходит.

Рассматривая возможности экспорта Японии в Россию, то нельзя не видеть, что Япония не может организовать широкомасштабный экспорт своей продукции в Россию, на Дальний Восток и в Сахалинскую область, во-первых, из-за хронической нехватки финансовых средств у российских деловых кругов, а во-вторых, из-за высокой стоимости самих японских товаров.

Ежели говорить о возможностях импорта российских ресурсов Дальнего Востока, то Япония в условиях развала государственного регулирования России во внешней торговле и без этого с успехом решает сырьевые потребности своей страны. Эти потребности решаются за счет глубоко продуманной политики в отношении многочисленных предпринимательских структур Дальнего Востока. Между ними умело создается острейшая конкурентная борьба за возможности поставки сырьевых ресурсов в Японию. Это означает, что в условиях выживания многие предпринимательские структуры либо значительно сбрасывают цены на поставляемые ресурсы и за счет наращивания объемов экспорта по низким ценам сохраняют возможность поддерживать жизнь предприятий и своих работников, либо разоряться. В последнее же время с получением возможностей для предпринимателей заниматься торговлей без образования юридического лица, а значит, меньшими выплатами налогов ситуация начала обостряться. Особенно это начало проявляться в лесной отрасли. Предприниматели, получившие доступ к сырьевым ресурсам поставляют их еще по более низким ценам, чем предприятия. Идет процесс огромного скрытия валютной выручки, уменьшения налогооблагаемой базы и т.д.

Таким образом, объемы внешней торговли с Японией имеют огромный дисбаланс. Максимальный объем импорта из Японии в Сахалинскую область составил 38,8 млн. дол. США в 1992 году (при объемах экспорта в Японию от 120 до 180 млн. дол. США), а в 1999 году составил 21,4 млн. дол. США. Разумеется, что при этом интересы деловых кругов Сахалинской области, других регионов Дальнего Востока по большому счету направлены на получение:

льготных (да еще и не “связанных”) банковских кредитов под минимальный процент;

высокотехнологичного оборудования, современных машин, механизмов и технологий;

инвестиций под совместное предпринимательство и совместные предприятия. При этом желателен полный контроль с российской стороны.

Другими словами, интересы российской стороны направлены на скорейшее восстановление экономики с помощью Японии и других развитых стран. Интересы же Японии направлены на развитие экономики предприятий малого и среднего бизнеса своей страны, развитие инфраструктуры прибрежных портовых городов. За последние годы многие портовые города Хоккайдо изменились до неузнаваемости за счет легальных и нелегальных поставок сырья Дальнего Востока по бросовым ценам. Поэтому Японии невыгодно предоставлять предприятиям Дальнего Востока новейшие технологии для переработки сырья, поскольку это приведет к изменению структуры внешней торговли, уменьшению прибыли японских предприятий. А нужно ли это Японии?

Более того, Япония прекрасно понимает, что российские деловые структуры стремятся привлечь финансы и технологии Японии, ищут пути развития экономического сотрудничества.

Поэтому Япония с пониманием относится к интересам России, она выражает готовность рассматривать все перечисленные вопросы, но при этом экономические (а во взаимосвязи и политические) интересы Японии лежат в другой сфере - сфере получения политических и территориальных уступок со стороны Российской Федерации, а в последнее время японские политики ищут поддержки в этом вопросе со стороны Сахалинской области.

При этом, конечно, Япония будет сохранять длительный интерес к российскому Дальнему Востоку, Сахалинской области как к регионам с богатейшими сырьевыми ресурсами. Японии нужен газ Сахалина, нефть, уголь, лес, рыба и морепродукты.

В это же время растет беспокойство страны Восходящего Солнца к проблемам, которые могут возникнуть при возможных нефтеразливах при освоении шельфовых проектов, последствия от которых могут нанести непоправимый вред и потерю многих видов ценных водно-биологических ресурсов моря.

К примеру, с началом добычи нефти на шельфе Сахалина, все более настойчиво на первый план выходит проблема сотрудничества с Японией в области охраны окружающей среды. И это связано не только с добычей энергетических ресурсов, но и в связи с тем, что это затрагивает необходимость строгого контроля за сохранностью водных биологических ресурсов, которыми богаты морские просторы, омывающие Сахалинскую область и Японию. Для Японии это особенно важно, поскольку морепродукты, добываемые в морских акваториях, широко употребляются большинством японцев.

А в этом вопросе я вообще сталкиваюсь с парадоксальной ситуацией. Есть интерес и Японии и России, в т.ч. и Сахалинской области к сотрудничеству в области защиты окружающей среды. Казалось бы, чего проще - с помощью космического мониторинга установить строжайший повседневный контроль (благо на это уже есть соответствующие разработки в Сахалинской области) за прохождением судов, перевозящих сахалинскую нефть. С помощью спутником уже можно видеть любые нефтеразливы, пожары, а установив соответствующие маячки и на рыболовные суда можно знать о передвижениях всех браконьеров. Но не тут то было! Сразу начинает работать огромная теневая машина и выясняется, что космический мониторинг можно внедрять еще лет пятьдесят!

Почему? Потому, что Японии это невыгодно т.к. она потеряет огромные поставки российскими рыбаками нелегальной рыбы и морепродуктов, а значит лишится сотен миллионов долларов и рабочих мест. По этой же причине невыгодно и российским рыбакам, которые лишатся “левых” денег в своих глубоких карманах. Это невыгодно и иностранцам, работающих на шельфе Сахалина, поскольку станет невозможным скрывать аварийные ситуации и сразу возрастет потребность в дополнительных затратах на усиление надежности работ на нефтегазовых месторождениях и т.д.

С другой стороны защита окружающей среды напрямую связано с необходимостью ее защиты от вредного воздействия атомных источников энергоснабжения. И нас, сахалинцев беспокоят планы развития атомного производства электроэнергии на Хоккайдо.

Сотрудничество в области ядерной безопасности становится особенно важным в связи с недавним инцидентом на заводе ядерных материалов недалеко от Токио. Тем более что вопросы ядерной энергетики входят в планы не только государственных интересов, но и в интересы скандально известных организаций, таких как “АУМ Синрике”.

Настает время более эффективного использования экологически безопасных видов топлива. Я имею в виду природный газ, которым богат шельф Сахалина и этот газ в полной степени может удовлетворить интересы Японии в развитии энергетики, значительно уменьшить ядерную опасность, которая существует при использовании атомной энергетики.

Считаю, что при определенной настойчивости правительственных организаций мы могли бы несколько изменить ситуацию, связанную с проведением маркетинга газа на территории Японии. При заключении договоров-намерений, вполне возможна поставка техники, технологий, оборудования и материалов для строительства газопровода на юг Сахалина и завода по сжижению природного газа под будущие встречные поставки этого энергетического сырья в Японию.

Я прекрасно осознаю, что вопросы взаимодействия с соседями в направлении обеспечения экологической безопасности экономического развития территорий и охраны окружающей среды островных экосистем не теряют свою актуальность, а становятся все более важными на пороге 21-го века и третьего тысячелетия новой эры.

Если говорить о конкретных шагах совместного сотрудничества с Японией, то в качестве первого шага можно было создать совместное предприятие по производству и выпуску товаров народного потребления как модель, на основе которой можно было бы отработать совместно все вопросы, касающиеся применимости законодательства, собственности, раздела продукции, ответственности и т.д. И только отработав на этой модели все вопросы, способствующие безопасному ведению совместного бизнеса, можно было бы переходить к следующему этапу наших взаимоотношений.

Вы прекрасно понимаете, почему я веду разговор в такой плоскости, поскольку хорошо знаете о провалах совместного бизнеса по сахалинским гостиницам “Санта”, “Сахалин-Саппоро” и “Евразия”. Эти негативные моменты, которые сегодня являются предметом судебных разбирательств между Японией и Россией, серьезно отравляют перспективы сотрудничества с Японией. Они сегодня серьезно осложняют наши взаимоотношения и мешают поступательному продвижению вперед.

Недавно состоялось подписание Соглашение о сотрудничестве между законодателями Сахалинской области и Хоккайдо. Ваше отношение к этому событию?

С одной стороны законодательным органам власти Сахалинской области и Хоккайдо в настоящее время достаточно легко было придти к такому Соглашению, поскольку оно подписано после Соглашения о дружбе и экономическом сотрудничестве между Сахалинской областью и Хоккайдо. Наши губернаторы поставили свои подписи под ним полтора года назад. А до ноября 1998 года мне пришлось вести сложнейшие переговоры с губернаторством Хоккайдо по тексту того Соглашения. Дело нередко заходило в тупик, приходилось прерывать переговоры, вести многочисленные консультации. Оттачивалась каждая фраза, каждое слово имело большое значение. Шла напряженная борьба двух мнений, двух психологий, двух территорий, представляющих разные экономические и политические системы. Если к этому добавить, что ноябрьское 1998 года Соглашение подписано в условиях отсутствия мирного договора между Россией и Японией, то можете себе представить всю значимость и ответственность той работы.

С другой стороны, Соглашение между законодателями Сахалинской области и Хоккайдо также имеет огромное значение для двух территорий. На мой взгляд, это Соглашение должно послужить целенаправленной работе двух законодательных органов в выработке единых подходов по созданию законодательной основы, обеспечивающей спокойную и устойчивую работу предпринимателей Японии и России на территори Сахалинской области. Если бы такие законы у нас были приняты, то не было бы отравляющих наши российско-японские отношения фактов изгнания японских бизнесменов из совместного гостиничного бизнеса в г. Южно-Сахалинске. Убежден, что случаи с гостиницами “Санта”, “Сахалин-Саппоро” и “Евразия” должны быть самым тщательным образом проанализированы сахалинскими депутатами, руководителями областной Думы совместно с депутатами Ассамблеи Хоккайдо, чтобы на этих примерах создать такие сахалинские и хоккайдские законодательные акты, чтобы они исключали всякие попытки ведения нечестного бизнеса с любой стороны. При этом считаю, что уже давно прошла и пришла пора нашим сахалинским депутатам, которые принимают участие в международных делах всерьез заняться этими проблемами и дать свою правовую оценку фактам, крайне негативно влияющих на международный имидж Сахалинской области.

СИАА

3 июля 2000г.
[] []
Вернуться назад

"СИАА"
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ
ЖУРНАЛ
Copyright © 1998-2005 СИАА | Developed by Сопка.NET   
Хостинг RU-CENTER на www.nic.ru